Форум Альдебаран
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
23 Июля 2018, 21:21:00

Войти
Перейти в Библиотеку «Альдебаран»
Наш форум в версии для PDA (КПК)
Наш форум в версии для WAP

Наш форум переехал на новый сервер. Идет настройка работы сайта.
1187296 Сообщений в 4356 Тем от 9549 Пользователей
Последний пользователь: Nora.05
* Начало Помощь Календарь Войти Регистрация
Форум Альдебаран  |  Литература  |  Исторический роман  |  Тема: Метод Паганеля 0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему. « предыдущая тема следующая тема »
Страниц: [1] Вниз Печать
Автор Тема: Метод Паганеля  (Прочитано 2989 раз)
Sergiusz
Библиотекарь
********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 5538



WWW E-mail
« : 28 Сентября 2011, 13:31:37 »

Цитировать
В этот день, около десяти часов утра, путь  отряда  пересекла  какая-то
дорога. Естественно, Гленарван спросил у катапаса ее название, и, конечно,
ему ответил Жак Паганель:
   - Это дорога из Умбеля в Лос-Ахнелес.
   Гленарван взглянул на катапаса.
   - Совершенно верно, - подтвердил тот и, обратясь к географу, спросил: -
Вы, очевидно, уже когда-то здесь проезжали?
   - Разумеется! - серьезно ответил Паганель.
   - На муле?
   - Нет, сидя в кресле.

Жюль Верн - Дети капитана Гранта.

Почему бы нам не последовать примеру выдающегося французского географа и не отправиться в кругосветное путешествие, сидя в кресле?  :) Конечно же при помощи цитат из любимых книг, не только приключенческих, но и документальных, в которых встречаются понравившиеся, запомнившиеся описания тех или иных географических достопримечательностей и чудес природы.
Записан

Nothing forgotten. Nothing forgiven.
стихи фотки
Sergiusz
Библиотекарь
********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 5538



WWW E-mail
« Ответ #1 : 28 Сентября 2011, 13:34:11 »

И для начала - давайте заглянем на Таити. Поскольку наше кресло с лёгкостью перенесет нас не только в пространстве, но и во времени, посмотрим, что бы мы увидели, подплывая к этому острову году этак в 1937.

Цитировать
Над морем вырастал Таити. Мы обоняли аромат тропического края.  Теплое, благоухающее, пряное веяние дошло до нас еще до того, как над горизонтом  на западе поднялись окутанные дымкой вершины. Пассажиры из девятнадцати  стран, которым за полтора месяца изрядно приелся запах судовой машины  и  соленого океана, толпились вдоль борта, вдыхая ласковый воздух и пытаясь  рассмотреть берег у подножия  голубеющих  гор.  Полтора  месяца  на огромном  пароходе, отчалившем из Марселя. Тогда это был единственный способ попасть  на  Таити, если не считать маленького норвежского сухогруза, который изредка заходил на остров из Сан-Франциско. Таити - далекие  дали,  край  света. А  Маркизские острова - еще дальше, неведомая земля для всех бюро путешествий.
[...]
     И вот из моря поднимается Таити, окропленный  соленой влагой,  каскады прибоя так и пенятся на коралловом рифе. Зазубренные  пики акульими  зубами впиваются в бегущие через небо пассатные облака. Знаменитые вершины  Диадема и Онохона (первыми на них поднялись  Бьярне  Крэпелиен  и вождь  Терииероо) вздымались на две тысячи метров над зелеными холмами и отороченным  пальмами пляжем. Гоген, Мелвилл и Голливуд нисколько не преувеличивали.  Здесь  сама природа  ударилась  в  гиперболы.  Глаза  не  верили,  что возможна   такая восхитительная красота.
     И мы запели мелодичный и  плавный  гимн  Таити, сочиненный  кем-то  из местных королей: "Э мауруру а вау" - "Я счастлив". Поэты и живописцы, дельцы и чиновники, туристы и искатели приключений - всех нас объединяло  чувство, что мы приближаемся к утерянному  раю,  вновь  обретенному среди  океанских просторов.  Навстречу  нам   плыли   райские   кущи,   свежие,  прохладные, ярко-зеленые, точно корзина цветов качалась на волнах.
     Мы услышали рев прибоя во всей  его  мощи.  Увидели красный  церковный шпиль, пронзивший плотный полог тропической листвы. Дома, дома...  Папеэте, столица Французской Океании {1}. Пароход убавил скорость. Мы  проскользнули через просвет в коралловом рифе, между стенами  ревущего прибоя.  Маленькая спокойная гавань. Огромный пакгауз с железной крышей, полная пристань людей.

И хотя бы один человек в набедренной повязке...  Все  были одеты,  как  мы. Многонациональный отряд пассажиров пел и ликовал. Пусть знают, что  мы  люди дружелюбные, такие же простые и свободные, как они! В невозмутимой толпе  на пристани кто-то поднял шляпу в знак приветствия, кто-то помахал  рукой;  на трапе таможенники и  одетые  в  белые  мундиры представители  эмиграционных органов взяли под козырек. Сладкий, чересчур сладкий запах копры из пакгауза наполнял теплый воздух. Тысячи мешков с копрой ждали отправки, это  за  ними пришел наш пароход.

Тур Хейердал - Фату-Хива.
Записан

Nothing forgotten. Nothing forgiven.
стихи фотки
Кунгурцев
Магистр Форума
***********
Оффлайн Оффлайн

Сообщений: 33431


почётный партизан


WWW E-mail
« Ответ #2 : 28 Сентября 2011, 13:43:10 »

"Не были мы на Таити. Нас и здесь неплохо кормят".
Записан
Chukcha2005
Архивариус
**********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 18875


г. Гатчина


E-mail
« Ответ #3 : 28 Сентября 2011, 13:52:38 »

Рейс ваш окончится не на той планете, с которой начался. Вас
ожидает  прохладный  и  влажный  воздух,  черный и  желтый  пейзаж, если  вы
прилетели  летом,  и  некая  суровая  снежная  обнаженность, которую  трудно
передать  словами,  если вас  затащило туда зимой. Нет  тут  берез,  кленов,
ясеней,  сосен,  лиственниц. Есть сопки  и тундра,  чудовищно,  даже  как-то
клинически голые, и в  вас поселится легкий страх, особенно если  вы выросли
среди мягких пейзажей европейской России.

(Куваев, конечно :) )
Записан
Lana Balashina
Гость


E-mail
« Ответ #4 : 28 Сентября 2011, 14:41:37 »

Их дом стоял на склоне крутого холма, из окна ей была видна узкая  река
глубоко внизу, а за рекой - город. Только что рассвело, от  реки  поднимался
белый туман, окутавший джонки, причаленные тесно одна к другой, как горошины
в стручке. Сотни джонок, беззвучных и загадочных в призрачном свете,  словно
обитатели их во власти  колдовских  чар,  словно  не  просто  сон,  а  некто
странный и грозный обрек их на эту неподвижность и безмолвие.
     Утро разгоралось, и солнце коснулось  тумана,  так  что  он  засветился
белым, как призрак снега на угасающей звезде. На реке уже было светло, стали
видны несчетные джонки и густой лес их мачт, но выше,  впереди,  поднималась
непроницаемая светящаяся стена. И вдруг из  этого  белого  облака  выступила
высокая, массивная, мрачная крепость. Казалось, ее не просто  открыло  взору
всепроникающее солнце -  скорее,  она  возникла  из  пустоты,  по  мановению
волшебной палочки. Она повисла над рекой,  как  твердыня  жестокого  владыки
варварского племени. Но волшебник, строивший ее, работал быстро, и вот уже с
одной стороны ее увенчала зубчатая стена;  а  еще  через  минуту  из  тумана
проглянуло, все в пятнах солнечных бликов, скопище зеленых  и  желтых  крыш.
Они  казались  громадными,  не  складывались  в  общий   рисунок.   Если   и
образовывали узор, то неуловимый для глаза,  капризный  и  замысловатый,  но
невообразимо прекрасный. То была уже не крепость и  не  храм,  но  волшебные
чертоги некоего владыки богов, недоступные для  смертных.  Таким  воздушным,
сказочным, невещественным не  могло  быть  творение  рук  человеческих;  его
породила мечта, сновиденье.

город Мэй дань Фу

Моэм
Узорный покров
Записан
Sergiusz
Библиотекарь
********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 5538



WWW E-mail
« Ответ #5 : 28 Сентября 2011, 14:50:29 »

Остров Корфу, Греция

Цитировать
Пока мы спали в своих душных  каютах,  где-то посреди  отполированной  луною  водной  глади  судно пересекло  невидимую линию раздела и оказалось  в светлом зазеркалье Греции. Постепенно  ощущение этой  перемены каким-то образом проникло в нас, мы  все проснулись от непонятного волнения и вышли на палубу.
     В свете ранней утренней зари море  катило свои  гладкие синие волны. За кормой,  словно  белый  павлиний  хвост,  тянулись  легкие  пенистые  струи, сверкавшие пузырями.  Бледное небо  начинало  желтеть  на  востоке.  Впереди неясным пятном проступала шоколадно-коричневая земля с бахромкой белой  пены внизу.  Это был  Корфу. Напрягая зрение,  мы  вглядывались  в очертания гор, стараясь  различить долины, пики,  ущелья, пляжи, но перед  нами по-прежнему был только силуэт острова. Потом солнце вдруг сразу выплыло из-за горизонта, и  все  небо залилось  ровной  голубой  глазурью,  как  глаз у  сойки.  Море вспыхнуло  на  миг  всеми своими  мельчайшими волночками,  принимая  темный, пурпуровый  оттенок  с  зелеными бликами,  туман  мягкими  струйками  быстро поднялся вверх, и перед нами открылся  остров.  Горы его как будто спали под скомканным  бурым  одеялом,  в  складках  зеленели   оливковые  рощи.  Среди беспорядочного  нагромождения  сверкающих  скал золотого, белого  и красного цвета бивнями изогнулись белые пляжи. Мы обошли северный мыс, гладкий крутой обрыв  с  вымытыми в  нем  пещерами. Темные волны несли туда  белую пену  от нашего кильватера и потом, у самых отверстий,  начинали со свистом крутиться среди  скал. За мысом горы  отступили, их  сменила чуть  покатая  равнина  с серебристой зеленью олив. Кое-где к небу указующим перстом поднимался темный кипарис.  Вода в мелких заливах была  ясного голубого цвета, а с берега даже сквозь шум пароходных двигателей до нас доносился торжествующий звон цикад.

Джеральд Даррелл - Моя семья и другие звери
Записан

Nothing forgotten. Nothing forgiven.
стихи фотки
Chukcha2005
Архивариус
**********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 18875


г. Гатчина


E-mail
« Ответ #6 : 28 Сентября 2011, 15:52:47 »

Кто знает архипелаг Каргадос-Карахос? Я, например, узнал об его существовании только тогда, когда увидел английскую карту № 1881.
У многих в крови любовь к старинным картам. Я их тоже люблю. Но не тогда, когда надо вести судно по старинной карте. Невольно почешешь в затылке, когда прочтешь: «Архипелаг Каргадос-Карахос нанесен на карту сэром Эдвардом Бельчаром в 1846 году». А восточные берега рифового барьера в 1825 году обследовал лейтенант Мюдже со своими людьми на вельботе. Он проник на восточную сторону рифов с западной, так как «ни одно судно не отваживалось подойти к рифам с мористой стороны». Лейтенант был смелым человеком и отчаянным моряком. О рифы, которые он обследовал, разбиваются волны, начавшие разбег от берегов Индонезии и Австралии. Даже в бинокль жутковато смотреть на мощные фонтаны прибоя с мористой стороны барьера.
Конечно, карту корректировали. Но и последняя корректура была в июне 1941 года. За двадцать восемь лет океан и кораллы наворотили здесь уйму неожиданного. Уже по сведениям 1944 года обнаружено много островков, не нанесенных на карту № 1881. Никаких иных карт архипелага во всем мире нет.
Архипелаг Каргадос-Карахос. Плоские и низкие островки на коралловом рифе, вытянутые с юга на север на двадцать семь миль.
Остров Фригит изобилует крысами. Остров Пол – к нему можно подойти только на местных пирогах. Остров Рафаэль – здесь растет несколько деревьев и кокосовых пальм, есть хижины и сараи. Высадка наиболее удобна на юго-восточной оконечности, сюда между скалами, лежащими в полукабельтове к югу от острова, идет шлюпочный фарватер.
Периодически острова посещаются частной промышленной компанией с острова Маврикий, которая заготавливает здесь соленую рыбу, черепаховую кость и добывает гуано.

(В.Конецкий)
Записан
pusunlin
Орден Сфумато
Библиоман
***
Оффлайн Оффлайн

Сообщений: 4224


ПуСунЛин Жанна


E-mail
« Ответ #7 : 28 Сентября 2011, 16:43:55 »

"... Там прибой пахнет ... раскаленными каменными молами, старыми канатами, чебрецом, ржавыми минами образца 1912 года, валяющимися на берегу, пристанскими настилами, поседевшими от соли, и розовыми рыбачьими сетями...

... И есть берега, сожженные тысячелетним солнцем - отблеском огромных южных вод, горячими токами воздуха - чистейшего в мире.

От такого солнца и воздуха берега приобретают суровый цвет-охристый, пепельный и сизоватый, как окалина,- цвет незапамятных времен, цвет вечности. И на эти ржавые берега, на обнаженную, окаменелую глину равномерно набегают из столетия в столетие неисчислимые волны...

... Но лучше всего было ошеломившее меня в первое же утро открытие, что весь этот сухой берег с его колючками, осыпями, золотым дроком, ветрами, зернистым пляжем, грудами водорослей, небом и облаками, все то жаркое и лиловое побережье не принадлежит никому или, вернее, принадлежит только мне одному...

... Ветер прилетал со стороны Большефонтанского маяка, пробегал, крадучись, через степные бахчи, наполнялся сладковатым ароматом вянущей ботвы, потом с трудом просачивался через пышные заросли Французского бульвара и пробирался вдоль пригородных берегов, где на крышах рыбачьих лачуг сушились дынные корки и дозревали помидоры.

Все это сообщало ветру тот запах, о каком я здесь упоминаю,- освежающий и чистый. Воздух был действительно тонок и опасен. Но не потому, что от этого воздуха легко было простудиться, а потому, что вдохнув его, уже нельзя было избавиться от желания, чтобы такая осень стояла, не иссякая над Одессой, с ее мягким уличным говором и смехом..."

 Паустовский "Время больших ожиданий" Кто о чем... :embar:
Записан

*не суетись, душа моя: не дай оглохнуть уху сердца
                   от грохота суеты твоей* (бл. Августин)
Sergiusz
Библиотекарь
********
Оффлайн Оффлайн

Пол: Мужской
Сообщений: 5538



WWW E-mail
« Ответ #8 : 11 Декабря 2011, 15:19:36 »

Цитировать
В маленьком арктическом оазисе на хмуром западном побережье Северной Гренландии, между заливом Мелвилл и бассейном Кейна, живет вразброс немногочисленная кучка эскимосов. Район этот удален к северу от Нью-Йорка на 3000 миль морем и находится на полпути между Северным полярным кругом и полюсом. Летом в течение 110 дней солнце здесь ходит в полнеба и никогда не садится; зимой в течение 110 дней никогда не встает, и ни единый луч света, кроме ледяного мерцания звезд и мертвой луны, не озаряет замерзший ландшафт.

Свирепо-величественны эти берега, вырубленные в вечной борьбе с бурями и ледниками, айсбергами и ледяными полями. Но летом за их хмурой внешностью прячется множество устланных травянистым ковром, усыпанных цветами, залитых солнцем уголков. Тысячи маленьких гагарок устраивают здесь свои гнезда. Меж высоких утесов ледники время от времени спускают на море целые флотилии айсбергов; перед утесами плещутся синие воды, испещренные массой сверкающих льдин всевозможных форм и размеров; позади простирается ледниковый купол Гренландии, молчаливый, вечный, безмерный, обиталище – так говорят эскимосы – злых духов и душ умерших.

Летом в некоторых местах побережья вырастает трава, густая и высокая, как на фермах Новой Англии, цветут маки, одуванчики, лютики, камнеломки, однако все цветы, насколько мне известно, лишены аромата. Здесь есть мухи, комары и пауки, а шмелей мне случалось видеть даже севернее Китового пролива. Из животных тут можно встретить северного оленя (гренландского карибу), белого и голубого песца, полярного зайца, белого медведя и – раз в тридцать лет – заблудившегося волка.

Однако в долгую бессолнечную зиму все здесь – утесы, море, ледники – застилается снежным саваном, призрачно серым в тусклом свете звезд. А если звезд не видно – все черно, пустынно и безмолвно. Когда дует ветер, человека, отважившегося выйти из укрытия, словно толкают руки невидимого врага, и кажется, будто впереди и позади затаилась какая-то смутная, безымянная опасность. Неудивительно, что у эскимосов существует поверье, будто злые духи приходят по ветру.

Роберт Пири - Северный полюс.
Записан

Nothing forgotten. Nothing forgiven.
стихи фотки
Страниц: [1] Вверх Печать 
Форум Альдебаран  |  Литература  |  Исторический роман  |  Тема: Метод Паганеля « предыдущая тема следующая тема »
Перейти в:  

Powered by SMF 2.0.9 | SMF © 2006-2011, Simple Machines LLC